Самый могущественный дом в мире.
Правила жизни и инвестиций клана Медичи
I. Вопросы веры и выгоды
Знаменитый в период Возрождения банк Медичи был основан во Флоренции 1 октября 1397 года. Контроль над учреждением сосредоточил в своих руках Джованни ди Биччи де Медичи, представитель младшей ветви клана. Скорее всего, Медичи сначала занимались обменом денег, а потом уже перешли к банковскому делу. Знаменитый герб династии – пять красных и один синий шар на желтом фоне (число шаров никогда не было фиксированным и со столетиями менялось), с большой долей вероятности идет от изображения монеты, которую вешал средневековый меняла над входом в свою лавку.

Библия запрещала взимание кредитного процента в отношениях между людьми одной веры. Ростовщичество было провозглашено смертным грехом. Однако банки были необходимы для финансовых операций, и они нашли, как обойти правила.

Некоторые объясняли свои проценты от займов «страховкой от риска», другие – колебаниями обменного курса. Полученные вкладчиком проценты называли «подарком». Как бы то ни было, ростовщичество действительно существовало, несмотря на запрет церкви. И банк Медичи не был исключением.

Заслугой Джованни ди Биччи было то, что он разработал основные принципы ведения семейного банковского дела: осторожность, постепенность, консерватизм, временами становившийся чрезмерным. Правда, как всякий способный предприниматель, он мог идти на риск, хотя это случалось редко.

Как и в других банках, использовалась система бухгалтерского учета по двойной записи оплата в форме банковских переводов и векселей. Очевидно, применялась практика фидуциарных денег, которые обеспечивались лишь доверием к выпускающим их учреждениям. Отличительной особенностью Джованни ди Биччи было использование приемов, проверенных практикой других банков. Новшеств он не придумывал.

Для расчетов использовался преимущественно золотой флорин (fiorino d'oro) или временами венецианский дукат, примерно равнявшийся «большому флорину». Особая ценность флорентийской валюты состояла в том, что ее золотое содержание оставалось неизменным, что было крайней редкостью в то время. В fiorino d'oro было постоянно 54 грана золота. Кроме того, во Флоренции был «большой флорин» и «большой золотой флорин», а также «запечатанный флорин», не говоря уже о более мелких денежных единицах.
Библия запрещала взимание кредитного процента в отношениях между людьми одной веры, но банки были необходимы для финансовых операций - и они нашли, как обойти правила
II. Как инвестировали Медичи
Первоначально банк принимал только срочные вклады. Их можно было свободно инвестировать по своему усмотрению на период срока вклада. В результате клиент получал свои деньги с оговоренными процентами. Затем банк начал принимать вклады до востребования. Интересно, что частично они неподобающим образом использовались как срочные. Со временем вклады до востребования заняли основное место в задолженности банка.

Наиболее прибыльным было, согласно обнаруженному в архивах и несколько раз изученному libro segreto (секретная книга) банка Медичи, его римское отделение. Таковым оно и оставалось много времени. В первый год существования доход банка составил 10%. Несмотря на название, «секретная книга» наверняка не содержала всех тайн банковского бизнеса семьи Медичи.

Прибыль Джованни вкладывал в собственно банковское дело, а также земельную недвижимость (самое надежное в ту пору приобретение) и покупку двух шерстяных мануфактур, которые дали ему возможность диверсифицировать доходы. Кроме того, он использовал последние для специфического «треугольника», который объединял банковские операции с промышленными.
Герб дома Медичи.
III. Быт и рекрутинг
Банки в ту пору, да и позже, занимали одну большую комнату, перегороженную конторкой. В них работало несколько человек. Служащие получали достаточно, чтобы обеспечить себе и своим семьям пусть неприхотливую, но сравнительно достойную жизнь.

Нет ничего нового в том, что для того, чтобы стать сотрудником империи Медичи, желательно было иметь внутрисемейные связи, хорошие контакты с представителями семьи или влиятельных и надежных поручителей. Личные качества имели сравнительно меньшее значение. Термин «социальный лифт» еще не был изобретен.

Для укрепления преданности и надежности руководителей местных отделений банка их обычно делали младшими партнерами. Однако контроль над ними от этого меньше не становился. Во всех банковских контрактах особо оговаривалось, что нельзя вести дела с немцами. Вполне возможно, что сам Джованни, несмотря на всю свою осторожность, когда-то был обманут кем-то из них.

Он был подчеркнуто скромен. Богатый дом, но не дворец. Щедрая помощь бедным. Когда он пешком шел в свой банк, то его сопровождал только один слуга. Другие известные и богатые флорентийцы появлялись на улице только в сопровождении свиты, которая демонстрировала своей численностью значение патрона и заодно служила ему охраной. При всей своей осторожности он, однако, обладал взрывным характером, который унаследовал от него не менее осторожный старший сын Козимо.
IV. Инвестиции в пиратство и Церковь
Джованни иногда все-таки шел на риск, причем большой. В 1401 году апостольский протонотарий и бывший пират Бальтазар Косса обратился к нему с просьбой о ссуде в 10 000 дукатов (примерно 12 000 флорентийских флоринов). Эти деньги были ему нужны для того, чтобы стать кардиналом – в тогдашней католической церкви каждая должность имела свою цену. Джованни, как ни странно, согласился. В результате Косса 27 февраля 1402 года стал кардиналом-диаконом римской церкви Св. Евстахия, а в начале 1403 года – папским легатом в Романье и Болонье.

Почему Джованни ди Биччи решил рискнуть и поставил на человека, которого считали убийцей, грабителем и насильником? Единственно возможное объяснение – банкир, который уже был знаком с бывшим пиратом, оценил его перспективы. Риски были огромны, но и возможная прибыль – тоже.

Можно предположить, что Косса через некоторое время расплатился со своим заимодавцем. Хотя и необязательно. В любом случае у Джованни ди Биччи была перед глазами очень привлекательная цель: взять в свои руки финансовые дела курии. И он своего добился, когда в 1410 г. Косса был избран понтификом, взяв себе имя Иоанн XXIII.

Это была победа банкира. Церковь была очень богата. Она получала огромные доходы от торговли индульгенциями, святыми реликвиями, должностями в церковных учреждениях и от обязательных денежных переводов от епархий, которые были обязательны для всех под угрозой отлучения. Банк в результате получал свои комиссионные за посредничество, ибо было немыслимо представить, что деньги перевозились бы в мешках или сундуках. Только банковские переводы.
Почему Джованни ди Биччи решил рискнуть и поставил на человека, которого считали убийцей, грабителем и насильником? Банкир просто оценил его перспективы
Кроме того, это был расцвет деятельности римского отделения банка Медичи. У него заводили счета представители церковной иерархии. Не всегда это приносило прибыль, однако в целом филиал обеспечивал свыше половины доходов банка. Libro segreto показывает, что за 1397-1420 гг. из общего дохода 151 820 флоринов римское отделение принесло 79 195. Огромные по тем временам деньги.

А потом вступили в действие риски. В те времена схизмы существовало три папы. Иоанн XXIII был всего лишь одним из них, пусть даже самым влиятельным. А вот неаполитанский король Владислав поддерживал папу Григория и затеял войну против Папской области. Результатом стал мирный договор, по которому Иоанн XXIII должен был заплатить победоносному монарху 95 000 флоринов. Естественно, он обратился за займом к своему банкиру. И тот согласился.

Это была оборотная сторона предыдущего успеха. Джованни не мог отказать своему клиенту. Однако он потребовал гарантий. Они были даны из папской сокровищницы. Это были старинная митра с драгоценными камнями и различные золотые изделия.
V. Принципы
Затем прошел собор в Констанце, на котором решалась судьба папского престола. И будущее Козимо де Медичи, сына Джованни, которого отец отправил на это крупнейшее политическое событие того времени. Там он познакомился с представителями крупнейших международных банков и финансовых кланов. Личные связи в бизнесе всегда были и остались существенной гарантией его надежности.

Косса бежал из Констанцы, вслед за ним это же сделал Козимо. Первый был взят в плен, второму удалось уйти. Да еще с папской митрой, которую Иоанн XXIII передал перед своим бегством. Возможно, что понтифику уже прежде удалось выкупить свой залог, которым он в этот критический момент еще раз пожертвовал. Виновник его бед император Сигизмунд, жесткой рукой управлявший собором и добившийся нужного для себя результата, заявил, что Балтазар может быть выкуплен за 35 000 флоринов. Косса отправил тайное послание Козимо, в котором сообщил, что сделает его своим наследником, если выкуп будет уплачен.

Козимо добрался до Флоренции и убедил отца, что целесообразно заплатить за Коссу. Аргументов могло быть два: сохранившееся богатство бывшего пирата по крайней мере частично компенсирует финансовые потери. Но, скорее всего, решающим был аргумент, связанный с имиджем крупнейшего финансиста.
Если бы Джованни отказался платить за своего клиента, то это пало бы тенью не только на него самого, но и на его потомков
Перспективы возврата долга отсутствовали, это было совершенно ясно. Однако Джованни ди Биччи распорядился заплатить требуемую сумму. И выиграл. Джованни подтвердил репутацию верного банкира, что во все времена имело огромное значение.

Косса после освобождения приехал во Флоренцию и остановился у Джованни ди Биччи. Бывший папа выполнил свое обещание и сделал своими душеприказчиками Медичи. Определенную компенсацию банкиры получили – из личных запасников Балтазара. Но главное, что приобрел Джованни от должника – перст св. Иоанна Крестителя, святую реликвию, которая стала талисманом главы дома Медичи.

Новый папа Мартин V выбрал своим банкиром Спини, но тот через три года обанкротился. Тогда Джованни ди Биччи снова получил место папского банкира. Почти наверняка в этом прорыве были и доля связей и влияния Козимо. В результате новый подъем римского отделения банка Медичи.
VI. Наследие
Но Джованни уже исполнилось 60 лет и он решил отойти от каждодневного руководства делами. Его он передал своим сыновьям Козимо и Лоренцо. Сам он сохранил контроль над банком, однако выполнял роль наставника и советника. Плюс к этому он стал куда больше уделять внимание делам общественным и политическим. Влияние Медичи во Флоренции в результате неуклонно росло. Похороны Джованни, которые он завещал сделать максимально скромными, прошли под давлением народа со всеми почестями и продемонстрировали невиданную ранее мощь семьи.

Во главе семьи стали Козимо ди Джованни де Медичи и его младший брат Лоренцо. В банке к тому времени было 180 000 золотых флоринов. Как писал знаменитый французский политический деятель и автор прославленных мемуаров Филипп де Коммин, «Козимо… был… человеком, заслуживающим того, чтобы его причислить к великим людям, ибо при нем, всего лишь торговце, дом стал таким могущественным, что, думаю, такого еще никогда и не было в мире. Ведь его служащие благодаря одному имени Медичи пользовались таким доверием, как мне приходилось видеть во Фландрии и в Англии, что диву даться можно».

Полноценных отделений у банка за пределами Италии в то время не было. Зато стала расширяться сеть корреспондентских пунктов. Одно из важнейших, если не самое важное, расположилось в Брюгге, который в то время был центром финансовой системы Северной Европы. Связи у бизнесменов города были огромными, что, естественно заинтересовало банк Медичи. Он в свое время открыл отделение в Венеции, которая в деловом отношении была ориентирована на богатый Восток. От монополии своей на этом направлении та не отказывалась, однако всегда можно было надеяться на попутные сделки. Корреспондентский пункт в Брюгге выглядел не менее многообещающим.

Козимо пытался следовать пути своего отца в том, что касалось внешней скромности. И в поведении, и в делах, и в имидже. Он пришел к выводу, что надо переехать из дома, доставшегося по наследству, во дворец и заказал его проект ставшему знаменитым скульптору Брунеллески. А потом отверг работу – слишком роскошно, нужна скромность. В конце концов остановился на аскетичном проекте молодого архитектора Микелоццо.
Лоренцо Медичи il Magnifico.
VII. Крестный отец
Постепенно росла вовлеченность Козимо в политические дела Флоренции. А с ней и его популярность среди граждан. Противоборство с местной олигархической партией нарастало. Осторожности ради им были переведены крупные суммы из флорентийского банка Медичи в венецианский и римский филиалы, а также в монастыри. Небезосновательно: вскоре Козимо был заключен в тюрьму, приговорен к 10-летней высылке и с трудом избежал смерти. После прихода к власти во Флоренции его партии он с триумфом вернулся. С тех пор он занял место неофициального правителя города.

Он по-прежнему вел себя осторожно и принципиально не занимал официальных постов (один раз он сделал исключение, однако это было ради Флорентийского собора). Однако держал в руках все нити власти в городе. Это к нему первому прибывали иностранные послы, это его просили стать крестным отцом младенцев, это его люди занимали все властные посты. А оппозиция… Для нее существовал аппарат налогов и сборов, который всегда мог завысить налогооблагаемые доходы и стоимость собственности. Специфический прием, который позволял вынудить противников либо одуматься, либо бросить все и отправиться в добровольную ссылку.

У Козимо де Медичи было много интересных шагов во внешней и внутренней политике, он основал первую публичную библиотеку и не просто покровительствовал искусствам, но и жил ими.
Он продолжал традиции отца и был очень консервативен. Может быть, даже еще более консервативен
У него не было авантюр вроде поддержки возможного будущего папы римского. С него хватало живописи, скульптур и зодчества. На финансирование строительства и искусств во Флоренции он вложил между 1434 и 1471 гг. 663 775 золотых флоринов. Не менее опасная отрасль деятельности, чем финансирование возможного будущего папы.

Опаснее, пожалуй, только политика. Ею он тоже занимался. И даже поддержал финансово кондотьера Сфорцу в его притязаниях на Милан. В результате филиалы банка Медичи в Венеции и Неаполе были закрыты, а банковские кредиты достались соперникам.

С другой стороны, виновник раздора Сфорца, ставший герцогом Миланским, вроде бы компенсировал Козимо потери, когда разрешил ему открыть отделение банка в его вотчине, которое стало основным финансовым институтом в Милане. Трудно вычислить, проиграл Медичи в этом случае или выиграл. Скорее проиграл, потому что новый герцог Миланский снова требовал от своего банкира денег и еще раз денег. Зато обеспечил Флоренции крайне важный мир во взаимоотношениях со своим государством, что тоже было немало.

Козимо к старости стал тяжело болеть, его преследовали подагра и боли в суставах. В отличие от своего отца Джованни он отказывался передавать дела сыновьям. Как выяснилось через некоторое время, он был прав. Ему наследовал его сын Пьеро ди Козимо де Медичи, которого прозвали «подагрик» - болезнь, унаследованная от отца.
VIII. Аудиторы, коллекторы, торговцы
Впрочем, он унаследовал не только болезнь, но и прекрасное знание банковского дела. Он был замкнут и скромен, как его предки. Никогда не демонстрировал открыто свою власть над Флоренцией. Продолжил меценатство. Во время приступов жесточайшей подагры становился чрезмерно раздражителен.

К моменту, когда он принял дела после своего отца, дела банка несколько пошатнулись. Дело в том, что Козимо к концу жизни стал несколько нерешителен. Он все больше отдавался политике, а та заставляла его принимать решения не всегда очевидные с точки зрения финансов.

Например, он закрывал глаза на задолженность знатных семей Флоренции. Долги копились, а доходы оказывались замороженными. К тому же международная ситуация не благоприятствовала бизнесу из-за многолетней войны Турции с Венецией, что повлекло за собой нарушение поставок шелка и специй в Европу.

Пьеро обратился за советом к доверенному лицу его отца Диотисальви Нерони. Тот провел нечто такое, что сейчас бы назвали аудитом. И дал крайне отрицательное заключение о состоянии и перспективах банка.

Выбор «аудитора» был откровенной ошибкой Пьеро. Дело в том, что Нерони, представитель знатного флорентийского рода, скопивший состояние на работе у Медичи, стал тяготиться зависимостью от клана. Он хотел не только независимости, но и власти. Поэтому его оценка оказалась пристрастной.
Пьеро был замкнут и скромен, как его предки, он никогда не демонстрировал открыто свою власть над Флоренцией
Как бы то ни было, она была принята Пьеро, который разослал по всем отделениям банка уведомление о необходимости потребовать возврата крупных кредитов. Вообще-то так делается только в крайнем случае, поскольку последствия подобных мер вполне очевидны. Как можно потребовать срочного возврата долга от монарха? Естественно, что он не только ответит отказом, но и вообще забудет о своей задолженности.

Негоцианты, особенно ведущие торговлю с дальними странами, резко изменили свое мнение о банке Медичи. Клан оказался перед лицом множества недоброжелателей, причем влиятельных. Началась политическая борьба, в которую вмешались соседние государства. Однако Пьеро удалось одержать победу.

Не все операции оказались проблемными. Еще при Козимо банк Медичи начал принимать участие в очень выгодном бизнесе, связанным с торговлей квасцами. Это минеральная соль, которая в средние века была необходима для окраски тканей. Прежде поставки в Европу из Малой Азии контролировала Генуя, затем месторождения были захвачены Оттоманской империей, которая незамедлительно резко подняла цену. А затем квасцы были найдены в папских владениях. Понтифик сразу же объявил, что использование турецких квасцов повлечет за собой отлучение от церкви. Банк Медичи сосредоточил у себя в руках операции с квасцами, чем обеспечил себе огромную прибыль. Настолько огромную, что точные цифры неизвестны.
IX. Лоренцо Великолепный
Пьеро умер от подагры. Наследовал ему его сын Лоренцо, прозванный Великолепным. Он принял наследственную власть над Флоренцией как само собой разумеющееся. И демонстрировал это открыто. В этом он очень отличался от своих предков. Уже тогда можно было распознать, чем закончится его блестящая карьера. Его дед был уверен в том, что Медичи обязательно свергнут – рано или поздно. Как ни странно, именно его внук сделал немало для того, чтобы предсказание сбылось.

Лоренцо не только правил городом, но и был рьяным покровителем искусств. Это было обычно для его семьи. У него было множество талантов. Другое дело, что он не только мало смыслил в банковском деле, но и не хотел им заниматься.

Ему было 20 лет, когда он стал неофициальным правителем Флоренции и главой банка Медичи. К тому времени в нем было примерно 200 000 флоринов. Однако вскоре выяснилось, что дела идут не так уж хорошо. На Европу обрушился экономический кризис, отделения в Лондоне и Брюгге испытывали существенные проблемы, Лоренцо был чрезмерно расточителен (таковым он остался до конца жизни). Он заложил часть семейной земельной собственности. У него появилась привычка залезать в городскую казну. Чем дальше, тем он делал это чаще и чаще.
Лоренцо не только мало смыслил в банковском деле, но и не хотел им заниматься
X. Закат империи
Дальше пошла полоса увлечения искусствами и слава, которая до сих пор сопутствует его имени. Его окружали великие художники. Ботичелли вообще жил в его дворце. Очень возможно, хотя это и не доказано, что там же останавливался еще молодой Леонардо да Винчи. Проживал у Медичи юный Микеланджело.

Между тем, финансовое положение банка все ухудшалось. Были закрыты отделения в Лондоне и Брюгге. Резко сократился объем операций. Первичные резервы банка давно уже стали покрывать менее 50 % обязательств по вкладам до востребования. Эта тенденция появилась где-то в конце 1470-х. В последние годы существования коэффициент резервирования упал ниже 10% от общих активов. Этого было недостаточно для удовлетворения обязательств банка во время спадов.

После смерти Лоренцо политическая и финансовая власть оказалась в руках его сына Пьеро. Однако он устранился от непосредственного управления делами, доверив их опытным советникам. Но уже ничего не могло помочь – совершив ряд ошибок, он был вынужден бежать из города в 1494 г.. Теперь уже городская казна в поисках необходимых сумм залезла в скудеющую мошну Медичи. В результате флорентийское отделение банка перестало существовать. Остальные филиалы просуществовали еще около столетия.
Вам понравилась статья?